В памяти бобруйчан еще свежи воспоминания о недавнем празднике, когда на День города к нам в гости приехали ветераны, освобождавшие Бобруйск. Приехали несмотря ни на что: на недуги, старые раны и немалое расстояние, которое и гораздо более молодым людям далеко не всегда по плечу… Например, полковник в отставке, кандидат исторических наук Александр Иванович Сидоров в возрасте 91 год и 90‑летний Салигулла Фаттахович Исхаков преодолели десятичасовой путь из Москвы. Ехали, чтобы встретиться с бобруйчанами, разделить с нами общий праздник и еще раз полюбоваться на город, который в июне 1944‑го Александр и Салигулла впервые увидели и запомнили совсем другим… По воле судьбы и стечению обстоятельств молоденький паренек из Нижегородского края и рядовой из Башкирии в самые страшные дни бобруйских сражений находились где-то совсем рядом, и оба были здесь ранены в последних числах июня. А познакомились и подружились тоже в Бобруйске, но уже много лет спустя…

— Впервые мы встретились и разговорились друг с другом у вас на празднике города лет десять тому назад. Это было для нас удивительно: рядом воевали, но друг о друге, конечно же, тогда не знали. Теперь живем в одном городе — Москве, а встретились в Бобруйске. Нас подружил Бобруйск! — улыбаются Александр Иванович и Салигулла Фаттахович.

И рассказывают о своей судьбе. Как шестнадцатилетний Александр Сидоров из поселка Ленинский Марийской автономной области Нижегородского края в августе 1941‑го попросился в военкомате добровольцем на фронт. Как был направлен в 10‑й отдельный танковый полк в Нижний Новгород. А спустя два месяца учебы в звании сержанта стал «стреляющим танка» Т‑34. Служил в Тульской области в составе 15‑й гвардейской танковой бригады 1‑го гвардейского Донского танкового корпуса. Участвовал в Сталинградской битве. Помнит передовую линию фронта неподалеку от Калача-на-Дону, куда попал 19 ноября 1942‑го. Тогда его часть форсировала Дон, заняла населенный пункт Перелазовское, затем Калач-на-Дону… После Сталинградского фронта была Украина, марш-бросок на 400‑километровое расстояние в Россию, где развернулась Курская битва. Переправа через Днепр в районе Лоева. Освобождение Белоруссии: Калинковичей, Мозыря, Речицы. Довелось командиру башни Сидорову приветствовать маршала Жукова. Было это неподалеку от Березины при подготовке наступательной операции на Бобруйск.

«Только я остался в живых…»

Июнь 1944‑го застал сержанта Сидорова в пригороде Бобруйска.

— Помню название деревни — Еловики. Шли в направлении минского шоссе. Где-то рядом с этой деревней наш танк был подбит, загорелся, я стрелял до последнего, потом ничего не помню… Когда очнулся в задымленном танке, то понял, что шлемофон пробит, я ранен. Вся голова в крови. Командир лежит рядом с оторванной головой. Кровь везде. Стонет контуженый механик-водитель Гончаров. А заряжающему Сенькину оторвало руку, три осколка вонзились ему в бок… Танк не на ходу…

Что было дальше? С трудом выбрался из танка. Вокруг ни души… Никаких санинструкторов. А в танке — тяжелораненые. Сам раненный в голову с трудом вытаскивал Гончарова и Сенькина из танка. Искал помощи. Пленный немецкий военфельдшер перевязал парням раны. Подвернулась лошадь с телегой, немец-военфельдшер помог загрузить на нее раненых. На этой телеге повез Гончарова и Сенькина в медсанбат. Потом сдал парней кому-то другому. Позже их разыскивал, выяснилось, что и Гончаров и Сенькин умерли от ран. Из экипажа в живых остался только сержант Сидоров…

— А Гончарова и Сенькина все же я нашел, — уточняет Александр Иванович. — Фамилия Гончарова есть на плите мемориального комплекса в Еловиках у Вечного огня… Фамилия Сенькина есть на памятнике, установленном в центре Бобруйска. Как парней звали — не помню. На фронте мы все знали друг друга по фамилиям…

После нескольких дней в медсанбате попал в 15‑ю гвардейскую бригаду. Вошли в Минск с боями в составе двух бригад с юго-востока. Затем было освобождение Гродно и Бреста, на территории Польши освобождали Мензыжец, Бяло-Подляску, варшавский пригород Прага…

В том же 1944‑м Александр Сидоров был направлен на учебу в Нижний Новгород. С отличием окончил Горьковское военно-политическое училище имени Фрунзе. Учили тогда ускоренно. Шесть месяцев — и выпускали молодых лейтенантов. Потом была служба в Киевском военном округе, где и познакомился со своей супругой Надеждой Александровной. Был начальником библиотеки 15‑й гвардейской танковой бригады 1‑го Гвардейского танкового корпуса в австрийской Вене. Окончил военно-политическую академию в Москве, защитил кандидатскую. Какое-то время преподавал в академии в Москве, потом год преподавал в Египте в Академии Генерального штаба имени Насера…

Огненный Бобруйск

Своя история, связанная с Бобруйском, у Салигуллы Исхакова. Уроженец села Мухраново Илекского района Оренбургской области тоже ушел в армию добровольцем. Ему запомнился день 10 ноября 1943‑го, когда из Мухраново всех призывников отправили на башкирскую станцию Алкино в запасной полк. На фронт попал в июне 1944‑го. Воевал в 1‑м Гвардейском танковом корпусе, который до этого отметился под Сталинградом, тогда этот корпус именовался 26‑м танковым.

— Во время учебы в запасном полку меня готовили на снайпера, а на фронте дали автомат ППШ на 71 патрон, — вспоминает ветеран.

17‑летнему пареньку из колхоза тогда было очень трудно понять, почему все вокруг говорят, что их танковый корпус состоит из трех бригад пехотинцев и одной мотострелковой:

— Я вырос в колхозе, и отлично знал, что бригады у колхозников бывают полеводческие… Но вот чтобы бригады были в армии! Все думал: при чем здесь наша мотострелковая бригада?

Салигулле Фаттаховичу навсегда запомнился день 28 июня 1944‑го. Его часть остановилась тогда в каком-то населенном пункте под Бобруйском. Была ночь, до рассвета оставалось еще несколько часов, а небо светлое — как днем. Рядовой Салигулла спросил тогда: что это такое? И услышал в ответ: «Это горит Бобруйск…». В тот же день Салигуллу ранило.

— Я чуть не погиб. Лежал среди погибших. Наверное, долго лежал: санитары посчитали меня неживым, положили к погибшим… А сами пошли дальше делать свою работу. Когда очнулся, то был весь залит кровью. Кровь текла из носа… Меня среди мертвых заметили артиллеристы. Потом был соломенный матрац в полевом госпитале. Оказалось, что пробито левое легкое. Выстрел был очень точным. Думаю, что стрелял снайпер. Чудом выжил.

Четыре месяца Салигулла Фаттахович провел в госпиталях, лечился в Кисловодске в санитарном госпитале Госбанка. Через некоторое время снова попал в запасной полк 1‑го Украинского фронта. Рядовой Исхаков почти дошел до Берлина. До немецкой столицы оставалось всего лишь 50 километров. Награжден фронтовой медалью «За Победу над Германией».

На груди его боевого товарища Александра Ивановича Сидорова – два ордена Красной Звезды, один из них – за Бобруйскую операцию, орден Великой Отечественной войны II степени, орден Александра Невского, медали «За отвагу», «За боевые заслуги».

У ветеранов свои разговоры. В июне 1945‑го в Бадене, пригороде Вены, Салигулле Исхакову довелось стоять на посту секретной точки, охранять резиденцию, где проходил союзнический совет. Начальник караула тогда пояснил, что мимо постовых проходил генерал армии, а позже — президент США Эйзенхауэр.

— А я лично видел Жукова, в качестве комсорга присутствовал на совещании у Ватутина, видел Рокоссовского, Конева, Рыбалко, — рассказывает Александр Иванович.

— В нашей части, когда шли на Бобруйск в 1944‑м, были все в основном очень молодые. Совсем пацаны. Представьте, если командиру взвода всего 20 лет…

— И у нас было так… Каждый день погибали, — добавляет Салигулла Фаттахович.

Не дождалась пятерых сыновей

Спустя много лет Салигулла Фаттахович специально стал заниматься поисками следов своих земляков‑однополчан, с которыми вместе призывался из Оренбургской области и воевал под Бобруйском. Удалось разыскать более 40 имен и фамилий. Кто-то из них упоминается в книге «Бобруйск», чьи-то имена есть на городских мемориальных плитах. Например, имя Алексея Васильевича Подшивалова, уроженца Оренбургской области, похороненного в Бобруйске на мемориальном комплексе на «минских» кладбищах. Салигулла Фаттахович знает, что в селе Ташлы после войны Анна Павловна Подшивалова, мать семерых сыновей, не дождалась пятерых… Один из них, Алексей, навсегда остался в Бобруйске.

О чем сегодня мечтается ветеранам?

Чтобы все было благополучно у детей, внуков и правнуков. Александра Ивановича радуют правнуки — десятиклассник Илья и четвероклассница Сонечка. Салигулла Фаттахович гордится московской правнучкой Софьей и оренбургскими правнуками — выпускницей школы, золотой медалисткой Лилией и ее братом Эдуардом.

—А еще важно быть здоровыми. И снова встретиться в Бобруйске на следующем празднике города!

Галина ЧИРУК
Фото автора

Комментарии

Для добавления комментария, пожалуйста войдите, либо зарегистрируйтесь.

Комментарии  

ant8
0 # ant8 23.08.2016 20:32
Осколочное ранение , это не пуля снайпера.
Сообщить модератору
Ирина К.
+6 # Ирина К. 09.08.2016 21:02
Слава героям! И вечная память солдатам Бессмертного полка!
Сообщить модератору
Петр
+6 # Петр 09.08.2016 16:41
Здоровья ветеранам! Это особые люди трудного времени!
Сообщить модератору
С
+7 # С 05.08.2016 10:03
На высоком берегу Березины в д. Селиба могилка пулеметчика бронекатера БК-93 Володи Яшинина, мальчишкой вступившего на тропу войны с фашистской нечистью и в мальчишечьем возрасте героически погибшим, а в Еловиках покоится его отец, оба отдавшие свои жизни при освобождении нашего города. Вечная слава героям, отдавшим свои жизни за свою Родину.
Сообщить модератору

Лента комментариев

СПЕЦПРОЕКТЫ «КОММЕРЧЕСКОГО»

Бобруйск в объективе

Детская хирургия  в Бобруйске
Время спорта

Заглушка

Варианты оплаты за услуги