Толпу у главного входа во Дворец искусств нельзя было не заметить даже издалека. Все версии, рождавшиеся по мере приближения к «дому Икара» («вот это аншлаг будет!», «небось актеры решили перед спектаклем с народом пообщаться») на поверку оказались лишь игрой воображения: на самом деле у Дворца финишировала молодежная акция по случаю Дня всех влюбленных. К сценическому действу она не имела ровным счетом никакого отношения. Хотя — это как посмотреть: ведь в спектакле «Часы с кукушкой» речь тоже в общем-то шла о любви…
В анонсе постановки, размещенном в том числе и на нашем сайте, говорилось о том, что нынешние «Часы с кукушкой» — ремейк популярного в 70-е годы телеспектакля по пьесе Леонида Филатова. Честно говоря, «первоисточник» я не помню. Предположу, что он был хорош. Поэтому про себя загадал, чтобы неуемная тяга многих современных режиссеров-постановщиков к тотальному отречению от классических канонов, ломке стереотипов и поиску неожиданных форм и ракурсов затронула исходник как можно меньше. Обычно подобные «новоделки» идут старым вещам не на пользу.
Где-то между первым и вторым звонками уместилась важная и приятная процедура: вручение победителю конкурса «Мы похожи на звезд» главного приза, коим были билеты на спектакль. Заветные квитки Александру «Космосу» Тишкину вручил директор «Арт-сити центр» Игорь Климович, взяв в ассистенты актеров Александра Морозова и Михаила Церишенко.
Стандартное для начала нынешних сценических действ объявление с просьбой выключить мобильные телефоны незримый диктор Дворца разнообразил забавным экспромтом, переспросив «Выключили?». Не сработало и пожелание к зрителям не снимать происходящее на сцене: непослушный товарищ, сидевший недалеко от меня, старательно «оперировал» пиратское видео — по всем канонам жанра, с головой сидящего рядом ниже на пол-экрана…
Был у «Часов» и еще один эпиграф: краткий спич в исполнении Александра Морозова, адресованный детям до 18-ти. Нет, не подумайте чего: актер просто сориентировал молодежь в зале в отношении системы материальных ценностей в спектакле (а заодно и в СССР середины 70-х). Казалось бы, это было излишне: хотя бы в общих чертах о таких вещах и явлениях, как «дефицит», «праздничный продуктовый набор» и «джинса» знал каждый из сидящих в зале. Как видится, преамбула эта была скорее камертоном, настроившим зал на легкую нотку ностальгии. Ибо история, представленная нам актерами, с равной степенью вероятности могла произойти и в середине 70-х прошлого века, и во второй декаде века нынешнего. И герои ее могли одеваться и в югославские рубашки и чехословацкие сандалии, и в костюмы от Brooks Brothers…
Рутина семейной жизни — это тот самый худой мир, который, пожалуй, еще похуже доброй ссоры будет. Валя и Лиза совсем было отчаялись пробовать цепочку серых тоскливых будней на разрыв, как вдруг проблема была разом решена по принципу гордиева узла: его рубанул не глядя внезапно нагрянувший гость Тихон. Он здорово сгодился на роль зеркала (совсем не кривого), в его отражении ясно увиделось: в жизни утомленной бытом семейной пары есть все же нечто, делающее пару соседей по квартире семьей. Часы с кукушкой отсчитывают им одно время на двоих.
…После окончания спектакля у арт-гримерок благодарные зрители еще долго фоткались на память с актерами. Те, в свою очередь, охотно сфотографировались с победителем нашего конкурса. Вот Светлана Пермякова сразу поняла суть нашей задумки: «Конкурс двойников? Ну конечно же — я Дюжева сразу узнала…». Ну, а мы по случаю узнали чуток больше о самой Светлане.
— Сначала была пермская команда «Парма» Клуба веселых и находчивых, затем — роли в сериалах… Где вам уютнее — на сцене или перед кинокамерами?
— Конечно же, на сцене. С этого я начинала, это действительно мое. Телеэкрану спасибо за то, что он сделал меня известной и востребованной. Не было бы его — играла я бы по сей день в пермском театре юного зрителя.
— Бобруйск в нынешнем гастрольном туре…
— Первый город. Бобруйским зрителям повезло: они увидели самую что ни на есть премьеру.
— Интересно: следующие за Бобруйском города увидят в точности то же самое, или вы с партнерами предпочитаете «застывшим формам» постоянный поиск и импровизацию?
— Спектакль — это живой организм, здесь просто не может быть статики. Мы постоянно ищем новые приемы, порой они рождаются сами собой. Саша и Миша в этом плане отличные партнеры, с ними интересно и легко работать.
— Такое взаимопонимание у вас только на сцене? Я к тому, что раньше на творческих вечерах актеры увлеченно вспоминали забавные гастрольные истории, а сейчас… Порой складывается впечатление, что гастрольный график столь ритмичен, что «импровизации вне сцены» в него попросту не укладываются.
— Это не так, поверьте. Во время так называемых «автобусных» гастролей много всего интересного происходит. Мы общаемся, шутим, разыгрываем друг друга. Но это уже личные дела, подробностей я рассказывать не буду.
— Расскажите тогда, как вам Бобруйск?
— Я видела ваш памятник Шуре Балаганову — правда, не стала тереть его «Золотого теленка». Что еще? Еле нашла у вас здесь Wi-Fi, полгорода, наверное, оббегала…
— Во время спектакля внимательные зрители заметили пластырь у вас на ноге. Что-то случилось?
— Нет, я совершенно здорова. Просто у меня тату — дракончик. В 70-е годы, согласитесь, она смотрелась бы странно…
Андрей ЧИЖИК
Фото Виктора ШЕЙКИНА