«Вот его я знаю, а остальных в первый раз видел», — так описывали структуру взаимоотношений в своей компании ее участники. Что же объединило их в тот роковой вечер?
Нас четверо, пока еще мы вместе…
Ответ прост и банален: четверо мужчин разного возраста, но схожего стиля жизни, объединились на почве общего желания… вернее будет сказать — общего нежелания встретить вечернюю зорьку 9 июля прошлого года с трезвой головой. Водка connecting people, тут не поспоришь при всем желании…
Ядром компании стал 34‑летний мужчина, которому не сиделось одному в квартире дома на Гоголя. Поскольку в этой драме ему довелось сыграть главную роль, стоит познакомиться с ним поближе. Хотя — какие тут подробности, для персонажей таких вот историй у него самый что ни на есть типовой профайл: постоянной работы не имеет, за плечами две судимости — в 2007 году за мошенничество (отделался штрафом) и в 2008‑м за кражу (приговор — полтора года химии).
Итак, вечером 9 июля он вышел из дома, будучи уже слегка навеселе. У подъезда встретил соседа, который охотно согласился проводить его в ближайший продмаг. По дороге к ним примкнул еще один сосед, которого гнало в ту же сторону тяжкое похмелье. Наконец, у магазина трио встретило знакомого. Стало понятно, что одним пивом тут уже не обойтись…
Первое слово, последнее слово
Последнего встреченного компания приняла в свои ряды разве что не под бурные аплодисменты. Мужчина «зашел с козыря»: сказал, что у него есть две бутылки водки, но нет душевной компании. А живет он неподалеку, и во дворе у него замечательный гараж…
Здесь — для полноты картины — будет весьма уместна цитата из показаний бывшей жены хозяина гаража: «Со своим бывшим мужем мы развелись примерно семь лет назад, однако проживаем вместе… По характеру он спокойный, спиртное употребляет редко, может не пить по восемь месяцев, однако если уж начинает, то входит в запой, может выпивать две или три недели подряд. Когда он выпивает, а я нахожусь на работе, то он может привести домой незнакомых собутыльников. К 9 июля 2017 года он был в запое примерно две недели».
Когда врачи скорой констатировали смерть, он заплакал и стал кричать: «Не может быть, вы меня обманываете!»
После пары-тройки общих тостов небольшая компания разбилась по интересам. Хозяин все больше общался с тем из гостей, который был постарше. Поэтому ни он, ни его собеседник не могли позже объяснить, из-за чего же вспыхнула ссора между «молодыми». Вроде бы (цитата) «они говорили про какие-то «зоновские понятия». Впрочем, сути дела это абсолютно не меняет. А суть такова: один из собутыльников — по странной иронии судьбы тот, вокруг которого и сформировался этот квартет — бросился на оппонента с кулаками. Когда тот после первых же ударов рухнул на пол, противник «включил» и ноги. «Старшие» предусмотрительно наблюдали со стороны, пытаясь загасить конфликт лишь словами. Но это было сродни тушению степного пожара при помощи чашки с водой…
Брызги крови на стене
Ураган ударов стих только тогда, когда в гараже появилась бывшая жена хозяина. Она решительно указала всем на дверь. Но покинуть гараж на своих двоих избитый уже не мог: он был в полуобмороке, издавал лишь тихие хрипы. И тогда тот, кто довел его до такого состояния, подхватил его под руки и буквально выволок наружу. Идти было тяжело, поэтому «проводник» приземлил бывшего собутыльника буквально за углом, посадив у стены гаража. Почти сразу же из-за угла выехала патрульная машина…
Милиционеры вспоминали, что мужчина вел себя нарочито спокойно: объяснял, что его приятель споткнулся и упал, а он вывел его подышать, то и дело склонялся над ним и приговаривал: «Очнись, очнись!». А когда прибывшие по экстренному вызову врачи скорой констатировали смерть, заплакал и стал кричать: «Не может быть, вы меня обманываете».
Это было жестоко
То, что это не обман, до него дошло очень скоро — в милиции, на первом же допросе. И тогда он ринулся в контрнаступление: стал рассказывать, что умерший сам виноват, потому что «нес всякую чушь», матерно бранился, оскорблял его, а в довершение всего ударил первым — ладонью по щеке. В красках расписывал, как они дрались, как хам-собутыльник ударился головой сначала о стену, затем о бетонный пол гаража, как он, пытаясь помочь, нечаянно наступил на соперника. Как нес его на воздух и случайно уронил себе на ногу…
Суд Бобруйского района и г. Бобруйска признал мужчину виновным в умышленном причинении тяжкого телесного повреждения, повлекшем смерть, и приговорил его к 11 годам лишения свободы. Гособвинитель подал апелляционный протест, посчитав, что суд необоснованно исключил важный квалифицирующий признак: телесные повреждения были нанесены способом, носящим характер истязания. В частности, было отмечено, что, по мнению экспертов, умерший получил не менее 13 ударов в голову и как минимум 11 ударов по туловищу.
Облсуд согласился с доводами обвинения и подкорректировал приговор: осужденному предстоит провести в колонии усиленного режима 12 лет.
Андрей ЧИЖИК
Николай ГАЙШУН, старший помощник прокурора г. Бобруйска