Полумрак и глоток шампанского
— Что случилось?
Милиционеры, задавшие этот вопрос мужчине, что встретил их у порога обычного дома в «одноэтажном Бобруйске», были серьезны и собранны. Еще бы — ведь дежурный, отправивший их по этому адресу, сообщил, что здесь только что произошло убийство.
Хозяин дома принимал ночных гостей с кружкой в руке. В кружке лениво пенилось шампанское. Мужчина был спокоен и пьян. Говорил не много, но достаточно связно. В ответ на вопрос милиционеров махнул рукой в сторону зала: «Там лежит». Один из милиционеров заглянул в зал через порог. Тусклый свет лампы выхватил из темноты посиневшие женские ноги…
— Кто это ее?
— Я.
— За что?
— Я любил ее, а она мне изменяла…
Две жизни одного человека
«Ей не повезло в жизни»… Автор этой емкой эпитафии — родная сестра Ирины (имена героев истории по этическим соображениям изменены. — Ред.). Более полная версия биографии женщины легко делится на «до» и «после». Ее мама вспоминала о том, как в многодетной семье росла тихая и добрая девочка, прилежная ученица. После школы она окончила курсы продавцов, пошла работать в магазин. А затем… Мама вдруг поняла, что дочка «стала катиться по наклонной». У нее появились друзья-приятели из тех, о ком родители говорят «они тебя до добра не доведут». Девушка открыла в себе непреодолимую тягу к спиртному: пила, опять-таки по словам мамы, «без всякой меры, наравне с мужчинами». Повлиять на ситуацию мать уже не могла: девушка почувствовала себя взрослой и на разговоры «по душам» не велась. Дальше — больше: сначала из родительского дома стали пропадать мало-мальски ценные вещи, затем Иру уволили с работы, затем было уголовное дело за кражу. В довершение ко всему девушка нашла себе новый источник дохода: она стала ездить в Минск на проспект Независимости — «биржу труда» белорусских проституток.
Любовь и прочие неприятности
Как же отличается характеристика участкового милиционера, знакомого по долгу службы с молодой женщиной Ириной, от того, маминого рассказа о девочке Ире… «Наглая, хитрая, склонна к обману, злоупотребляет спиртными напитками. Состоит на учете в наркологическом диспансерном отделении УЗ «БЦБ». Состоит на учете в УВД Бобруйского горисполкома как лицо, осужденное с условным неприменением наказания. Неоднократно привлекалась к административной ответственности в состоянии алкогольного опьянения, а также к уголовной ответственности. Склонна к совершению административных правонарушений и преступлений. Поддерживает связи с ранее судимыми. Занималась проституцией, вела аморальный образ жизни». Такое резюме кого угодно отпугнет, ну как минимум насторожит. Но…
Геннадий познакомился с Ирой еще в 2003 году: они жили в одном районе и однажды пересеклись в компании. «Сразу пробежала искра» — это, наверное, не про них: несколько лет их пути-дорожки то пересекались, то опять разбегались в разные стороны. А в 2007 году молодые люди вдруг осознали, что созданы друг для друга — и стали жить вместе. Правда, уже через два года расстались: по словам Геннадия, Ирина заподозрила его в измене. При расставании обошлось без криков и битья посуды — разошлись тихо-мирно, как интеллигентные люди. После «развода» поддерживали дружеские отношения, порой в них даже находилось место сексу — дружескому, разумеется. При этом у Ирины в 2015 году появился новый сожитель — Максим…
Здравствуй, чужая милая
Весь день 3 апреля Геннадий провел дома. Он легко мог позволить себе такой график, так как уже давно не работал и жил вместе с мамой (в основном на ее зарплату). Вечером мама ушла на работу в ночную смену. А в половине восьмого ему вдруг позвонила Ирина…
Через полчаса женщина уже стояла на пороге Гениного дома. Стояла, надо сказать, весьма нетвердо, ибо была весьма пьяна. Геннадий приготовил нехитрый ужин на двоих, сгонял в магазин за бутылкой водки (взяв перед этим деньги у гостьи). Когда вернулся, Ира уже спала на диване.
Геннадий сам «уговорил» всю бутылку. После этого для полноты ощущений открыл бутылку шампанского, которое хранила мама. Неспешно попивая благородный напиток, обдумывал слова Иры, которые та произнесла едва ли не сразу после «здравствуй». А сказала она о том, что в личной жизни у нее полный порядок, с Максимом они живут душа в душу. От слов этих стало горько. А с каждой новой рюмкой — еще горче. Помутненный алкоголем рассудок вдруг извлек из подсознания слышанное где-то «так не доставайся же ты никому»… Геннадий взял топор — он всегда стоял здесь, на кухне, возле газовой плиты. Двинулся в зал. Подошел к дивану…
Обухом топора мужчина ударил спящую по голове. Еще удар. И еще. Потом отложил топор в сторону, взял руку женщины в свою. На запястье тоненько билась ниточка пульса. Тогда мужчина взял бельевую веревку, сделал петлю, захлестнул ее на шее и с силой потянул свободный конец на себя…
В милицию он позвонил сам — в третьем часу ночи. Что говорил — точно не помнит. Последняя картинка того дня, которую сохранила память: он сидит на диване на веранде своего дома, с наручниками на запястьях…
Последние «прощай» и «здравствуй»
Сожитель Иры Максим узнал о трагедии 4 апреля. Позже он рассказывал следователям, что еще 3‑го они с Ирой с утра были у него дома, вместе хлопотали по хозяйству, но потом вдруг разругались из-за какого-то пустяка, и она ушла.
А подружка Иры рассказала, что вечером 3 апреля та позвонила ей и напросилась в гости. Пришла уже пьяненькая, принесла с собой выпить-закусить. Сказала, что уходит от Максима. Даже уточнила, куда уходит: прощаясь, говорила, что пойдет «к своему любимому Лапочке». Подруга знала, что так Ира всегда называла Гену…
В ноябре прошлого года был озвучен приговор суда: Геннадий был приговорен к 11 годам лишения свободы.
Андрей ЧИЖИК
Виктор ГЛУЗДОВ, заместитель прокурора г. Бобруйска