О существовании в Бобруйске социального приюта, или Дома временного пребывания, как называют такие заведения в Европе, сегодня знают далеко за пределами нашего города. Созданный в 2003 году при поддержке Белорусского общества Красного Креста, он помог многим людям, лишившимся крова и средств к существованию.[break]

За время работы приюта социальную реабилитацию в нем прошли около 400 человек. Более чем ста из них здесь помогли заново оформить паспорта, девяти — пенсии, восьми — инвалидность. Семь человек вернулись в семьи, четверо получили жилье, пятнадцать благополучно трудоустроились.

И вдруг как снег на голову: в декабре прошлого года стало известно, что Красный Крест не будет больше материально поддерживать приют. Не потому, что не хочет, а потому, что не может — после того, как в Беларуси была запрещена финансовая помощь неправительственным орагнизациям, Красный Крест сам оказался в непростых условиях.

Впрочем, о приюте не забыли: отныне он будет осуществлять свою деятельность под эгидой отдела социальной защиты населения администрации Первомайского района.

Директор приюта Владимир Пеканов производит впечатление человека, болеющего за свое дело. Сегодня он искренне озабочен судьбой своего заведения. «С одной стороны, хорошо, что финансирование будет осуществляться из бюджета, — рассуждает он. — Но, с другой – будет ли оно достаточным?»

Владимир Васильевич беспокоится и о том, что, попав под эгиду ОСЗН, приют перестанет быть местом, куда может прийти каждый, нуждающийся в крыше над головой. «Сегодня среди наших клиентов есть самые разные люди, причем не только бобруйчане, — рассказывает он. — Мы ведем переписку с исправительными учреждениями по всей республике, и если из какой-то колонии освобождается человек, которому некуда пойти после освобождения, его могут смело направлять к нам». Кстати, бывшие «зэки» составляют сегодня почти половину приютского населения.

Но не только бродяги и бывшие осужденные становятся гостями этого дома. Всякое в жизни случается. Владимир Васильевич вспоминает, как однажды к ним попал отставной военный. После смерти жены он сошелся с женщиной, и та предложила ему: давай твою квартиру детям моим отпишем, а сами у меня поселимся. Отставник, добрая душа, так и сделал, а в результате остался и без женщины, и без квартиры. Смогут ли такие граждане в дальнейшем рассчитывать на помощь приюта?

Терзаемый сомнениями, Владимир Васильевич написал письмо председателю горисполкома. В письме он предлагает рассмотреть вопрос об «организации юридического лица при городском исполкоме — Дома Милосердия как преемника социального приюта Красного Креста с развитием в приюте хозрасчета за счет имеющейся территориальной базы и организации на ней производственно-трудовой деятельности проживающих».

Надо сказать, приютовцы восприняли новые веяния по-разному. Кто-то притих в гнетущем ожидании («А вдруг и впрямь на улицу выкинут?»), кто-то, напротив, обнаглел и стал грубить обслуживающему персоналу («Вы мне больше не начальники!»). Сами же работники приюта продолжают выполнять свои обязанности и верят, что вопрос о дальнейшей судьбе их заведения решится по справедливости.

Дмитрий РАСТАЕВ

P. S. Прокомментировать ситуацию мы попросили заведующую ОСЗН администрации Первомайского района Ольгу Бaгелюс. По ее словам, в эти дни как раз разрабатывается новое положение о социальном приюте. «Пока оно не готово, я не могу вам сообщить ничего конкретного, — говорит Ольга Павловна. — Но могу заверить, что нами будут учтены интересы всех категорий граждан, нуждающихся в социальной реабилитации».