30 июня 2016 года — статус этой даты в новейшей истории нашей страны, похоже, растет день ото дня.

Если кто все-таки умудрился позабыть, напомним: этот день был последней датой подачи заявлений о приватизации жилья.

Неоплатный долг перед родиной

Квартиры тех, кто по разным причинам не уложился в срок, были переведены в разряд коммерческого жилья (если точнее — жилого помещения коммерческого использования государственного жилищного фонда). Сами жильцы таких квартир стали арендаторами — со всеми вытекающими отсюда обязанностями. А спустя короткое время выяснилось, что обязанности эти (в частности, своевременно оплачивать аренду) не все способны выполнять в срок и в полном объеме.

Как следствие — в суд Бобруйского района и г. Бобруйска стали поступать исковые заявления о выселении граждан «из жилого помещения коммерческого использования государственного жилищного фонда без предоставления другого жилого помещения». Основания для подобной процедуры определены в пункте 92 Положения об учете граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий. В качестве одной из причин здесь обозначено «наличие без уважительных причин задолженности по внесению платы за пользование жилым помещением коммерческого использования и (или) жилищно-коммунальные услуги в размере двухмесячной платы за пользование жилым помещением коммерческого использования и (или) жилищно-коммунальные услуги».

В последние пару лет в горрайсуд поступает около сотни подобных заявлений в год.

Женщина рассказала, что причиной появления долга стало непростое положение в семье: муж ее умер, отец болеет. «У меня зарплата 300 рублей, у отца пенсия — 400»

— Да, ситуация уже обрела массовый характер, — комментирует заместитель председателя суда по гражданским делам Елена Евгеньевна Манкевич. — На предварительном заседании по очередному «квартирному» делу мы часто слышим одну и ту же фразу, с незначительными вариациями: «Меня (или нас) — на улицу? Вы не имеете права!». Право такое есть, оно закреплено законом. В работе по каждому отдельно взятому иску важно в первую очередь определить, имеет ли место наличие задолженности, как сказано в Положении, «без уважительных причин». Проще говоря, если по счетам не платят трудоспособные, здоровые, не находящиеся в сложной жизненной ситуации люди — это серьезное основание для выселения. При этом хочу пояснить, что каждому ответчику предоставляется шанс исправить ситуацию: мы стараемся выдерживать срок между предварительным и основным заседаниями суда в районе двух месяцев. Если в этот период жильцы гасят хотя бы часть основного долга, дело в абсолютном большинстве случаев прекращается.

Из общей массы историй, отраженных в гражданских делах о выселении из коммерческого жилья, в качестве иллюстраций мы выбрали три. Начнем с той, что завершилась хэппи-эндом…

История первая: «Прошу дело прекратить»

В ноябре прошлого года в суд поступило исковое заявление от БУКПОЖФ Первомайского района. Фабула документа — необходимость выяснения дальнейшей судьбы четырехкомнатной квартиры на Сикорского, а также четырех ее жильцов: 64‑летнего отца семейства, его 37‑летней дочери и двух внуков. Повод достаточно весомый: на момент подачи заявления (30 ноября 2018‑го) размер задолженности составил внушительные 6164,8 рубля (2735,3 — основной долг, остальное — пеня). Сумма не стала меньше даже после того как жильцам было вручено официальное уведомление о потенциальной встрече в суде.

На предварительное заседание, которое состоялось 30 января нынешнего года, пришла только дочь главы семьи. Она рассказала, что причиной появления долга стало непростое положение в семье: муж ее умер, отец болеет. «У меня зарплата 300 рублей, у отца пенсия — 400». При этом женщина пообещала: «До 17 февраля смогу оплатить только 800 рублей». И слово свое сдержала, что и стало причиной появления в материалах дела итожащего документа — письма от БУКПОЖФ Первомайского района, которое начиналось фразой «Прошу дело прекратить в связи с добровольным разрешением спора, так как ответчик частично погасил основной долг».

История вторая: крах «вороньей слободки»

Разобраться с ситуацией вокруг «трешки» на Гоголя с зависшим долгом в 4573 рубля было гораздо сложнее. В квартире — на момент подачи искового заявления — были прописаны три человека: 52‑летняя женщина и ее сыновья (29 и 25 лет). По факту квартира уже несколько лет пустовала, поэтому в какой-то момент к розыскам жильцов пришлось подключать милицию. Выяснилось, что женщина уже минимум год работает в Москве, один из сыновей отбывает тюремный срок по наркостатье 328 УК, второй также побывал за решеткой, недавно освободился, но живет в другом месте.

Немудрено, что на предварительное заседание 23 января 2018‑го со стороны ответчиков никто не явился. Пояснения удалось взять только у жильца, который в тот момент «проживал» в колонии.

Даже в кратком изложении эта семейная сага по количеству сюжетных витков и задействованных персонажей бросала вызов бесконечной киноистории из маленького городка Санта Барбара. Подробностями ее снабдил рассказ приехавшей из России женщины, которая подключилась к процессу уже после вынесения решения о выселении. В связи с этим суд вынужден был дать делу рестарт — в связи с открывшимися дополнительными обстоятельствами.

Попросила помочь находившегося на свободе сына — и о просьбе своей очень скоро пожалела: «Сын поехал забирать долг, избил посредника и его заключили под стражу»...

Обстоятельства, со слов женщины на втором предварительном заседании, вкратце были таковы. В эту квартиру в 2009 году переселились из предназначенного под снос барака восемь человек: она с бывшим мужем и сыновьями, а также четыре племянника мужа. Женщина сетовала: тогда она рассчитывала на отдельное жилье для «близкого круга» своей семьи, и переезд в трехкомнатный «теремок» стал для нее нерадостным сюрпризом. Дедлайн приватизации «воронья слободка» дружно пропустила, затем странным образом появилась еще одна проблема: ответственным квартиросъемщиком был оформлен один из квартета племянников, который в последние годы предпочитал ночевать по подвалам и заброшенным домам, а в 2017 году умер. Женщина, впрочем, утверждала, что она с сыновьями не жила в квартире года эдак с 2014‑го — «из-за невыносимых условий». Куда подевались остальные племянники — она не прояснила. Но в финале заседания сказала, что на квартиру рассчитывает. Насчет долга, примерившись к его размеру, высказалась: «Могу попытаться погасить частями».

Попытка не удалась. Как пояснила сама женщина, у нее свободных денег не было, она попросила помочь находившегося на свободе сына — и о просьбе своей очень скоро пожалела: «Сын поехал забирать долг, избил посредника и его заключили под стражу»…

3 августа суд принял решение о выселении.

История третья: «У меня поехала крыша»

В отличие от густонаселенной вышеописанной «трешки», в «однушке» на Минской — «обладательнице» долга в 2872 руб­ля — проживал лишь один человек: 51‑летняя женщина. Проверяющие из БУКПОЖФ Ленинского района, пришедшие по адресу накануне подачи искового заявления, не застали хозяйку дома, но оставили емкое описание впечатлений от визита: «Двери и окна заколочены, отключена подача электроэнергии, водоснабжение и газ». Обстановка квартиры удостоилась эпитета «антисанитарные условия», что, судя по фото интерьера, было проявлением мегатолерантности.

«Меня – на улицу? Не имеете права!»: как и почему бобруйчан выселяют из коммерческого жилья
Фото из материалов суда: так выглядела «однушка» на Минской

Со слов соседей (оказавшихся правдой), у хозяйки была уважительная причина «исчезновения»: она находилась в лечебно-трудовом профилактории. Необходимо добавить, что это была уже четвертая поездка «на оздоровление»…

4 февраля на предварительном заседании «пролечившаяся» хозяйка сообщила: «Деньги у меня есть в банкомате (то есть на счете. — А. Ч.), я должна была получить пенсию, но мои документы находятся у сына, он мне их не хочет отдавать». Поведала и о трагической истории своей семьи: «Мать умерла, родной отец меня не воспитывал — повесился, отчим в доме инвалидов… Почему пью? Погиб сын, и у меня поехала крыша».

Последний речевой образ вполне пригодился бы и для характеристики условий проживания, озвученных в суде. Выяснилось, что окна в «однушке» поставили… соседи по подъезду, чтобы зимой у них не замерзли батареи по всему стояку. А из-за отключения воды последние годы женщина ходила по нужде… на улицу, во двор.

«Обещаю, что буду потихоньку погашать», — так сказала хозяйка. По факту — не вышло даже потихоньку: к «судному дню» размер долга лишь вырос, что и предопределило вынесение решения о выселении.

Андрей ЧИЖИК



Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:




Комментарии

Недостаточно прав для комментирования.
Для добавления комментария, пожалуйста войдите/зарегистрируйтесь , и подтвердите свою личность, обратившись в редакцию.

Комментарии  

Александр Михайлович
+2 # Александр Михайлович 18.11.2019 18:37
Сами себе горести создаем, да еще жалуемся…(Федор Михайлович Достоевский. "Униженные и оскорбленные") :cry:
Сообщить модератору
филин
+1 # филин 15.11.2019 13:23
а где продолжение истории? решение о выселении принято, вещи из квартиры вынесены, а дальше что?
Сообщить модератору

Лента комментариев

Веб-камеры Бобруйска

Бобруйск в объективе

Варианты оплаты за услуги