Сообщениями об общенациональной забастовке в начале поствыборной недели был забит весь белорусский сегмент Telegram. Если верить мессенджеру, 11 августа несколько крупных предприятий приостановили работу. Среди них – и бобруйская «Белшина». Первые сообщения о забастовке шинников появились в «телеге» во вторник около полудня. Уже спустя час на месте был корреспондент «Коммерческого курьера».

На центральной проходной – тихо и почти безлюдно. До окончания первой смены еще далеко. Редкие рабочие, подходящие к турникету, не в курсе, что их шинный включился в акцию протеста. Еще большее удивление весть о забастовке вызвала у охранников.

– Что вы, какая забастовка? Работаем как обычно.

Такой же ответ прозвучал и на проходной завода СКГШ.

Ближе к двум часам дня народ стал потихоньку подтягиваться – от остановки к центральной проходной.

– О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает, – с улыбкой ответил дюжий мужчина.

«О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает». Как (не)бастовала «Белшина»

В разговор включился еще один собеседник. Им оказался… исполняющий обязанности директора завода массовых шин Юрий Викторович Русецкий.

– Хоть сейчас готов провести вас по цехам, чтобы вы убедились – никакой забастовки у нас нет, – предложил Юрий Викторович.

Надо ли говорить, что согласие последовало незамедлительно?

Начали с подготовительного цеха. Никакого намека на остановку. Оборудование включено, люди при деле. Рабочие первой смены даже не знали, о том, что шинный «включился в забастовку». Такая же картина в сборочном цехе.

– А зачем? Мы довольны условиями. В том числе по деньгам, – говорит сборщик покрышек Регина Кричко, – в месяц выходит примерно тысяча рублей.

«О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает». Как (не)бастовала «Белшина»

Более точные цифры привел и. о. директора завода. По словам Юрия Русецкого, средняя зарплата за июль составила 1095 рублей.

– Это в среднем по заводу у рабочих, – уточнил Юрий Викторович. – Но в подготовительном и вулканизационных цехах рабочие зарабатывают и 1350 рублей. Не скроем, есть и те, кто получает 700-800 рублей. Как правило, это низкоквалифицированный персонал.

Покрасочный цех тоже работает без остановки.

– Зачем бастовать? Для кого? – вопрошает окрасчик резинотехнических изделий Петр Лобаченя. – Забастовка ничего не изменит.

Схожие ответы прозвучали во всех цехах ЗМШ. Исполняющий обязанности директора завода признает: на 2000 человек — а именно столько сейчас заняты на заводе — всегда найдется трое-четверо недовольных.

– Но не думаю, что их поддержат сотни, тем более — тысячи.

«О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает». Как (не)бастовала «Белшина»

Юрий Викторович уверен, что каждый работник сегодня понимает: остановить предприятие – значит, ухудшить его положение. То есть положение работников. Тем более что сейчас ЗМШ, по словам Юрия Русецкого, уже вышло на 80-процентную загрузку.

– Больше пока нет смысла, так как мы работаем исключительно на продажу. В августе планируем выпустить 310000 покрышек. Более 50 процентов уйдет в Россию, часть – на Ближний Восток. Всего у нас 70 стран-импортеров. В такой ситуации каждый наш работник нацелен на то, чтобы взять на себя как можно больший объем работы.

Дмитрий СУСЛОВ
Фото автора

«О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает». Как (не)бастовала «Белшина»

«О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает». Как (не)бастовала «Белшина»

«О забастовке узнал из интернета, хоть он и не работает». Как (не)бастовала «Белшина»



Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:




Недостаточно прав для комментирования.
Для добавления комментария, пожалуйста войдите/зарегистрируйтесь , и подтвердите свою личность, обратившись в редакцию.

Лента комментариев

Веб-камеры Бобруйска

Бобруйск в объективе

Варианты оплаты за услуги