До сих пор в памяти сохранилась эта картина. Май 1989 года, Бобруйск, кинотеатр «Товарищ». Маленький пятачок перед главным иллюзионом города сплошь заполнен народом. Мужчины в строгих костюмах и барышни в вечерних платьях поминутно сверяются с номером ряда и места на билетах. Счастливчики... Они, как тогда говорили, «достали» пропуск на главную кинопремьеру того года. Те, кому повезло меньше, сновали в толпе с вопросом про лишний билетик. И разочаровано отходили, услышав короткое «нет». А с афиши (до постеров тогда было еще далеко), чуть прищурившись, улыбалась она — героиня вечера. Да что там вечера! Фильм «Интердевочка» был признан главным кинособытием 1989 года в бывшем СССР, а исполнительница главной роли — Елена Яковлева — проснулась знаменитой. Оттенки цвета grey? Нет, не слышали!
Спустя 26 лет после своей главной премьеры народная артистка России Елена Алексеевна Яковлева приехала в наш город. 19 марта в городском театре драмы и комедии имени Дунина-Марцинкевича прошел ее творческий вечер.
Приехав в наш город, актриса первым делом отправилась на небольшую экскурсию по знаковым местам Бобруйска. Местный Арбат с его неизменным бобром, памятник Шуре Балаганову, Свято-Никольский храм.
До выхода на бобруйскую сцену оставался час, когда мы попросили Елену Алексеевну об интервью. …И получили согласие.
— Елена Алексеевна, любой артист, достигая определенного опыта, нередко пробует себя на режиссерской ниве. У вас не было мысли выйти на съемочную площадку или театральные подмостки в качестве режиссера?
— Вы знаете, каждый должен заниматься своим делом. Мое дело — играть роли. У нас, наверное, только эстрадные певцы считают себя драматическими артистами. И вообще мастерами на все руки. Я же не пою на сцене. Но, чувствую, скоро запою. Еще пару ролей, сыгранных поп-певицами, и за себя не ручаюсь.
— В вашей фильмографии есть одна работа, которая мне особенно близка. Я о картине «Воспитание жестокости у женщин и собак». Легко ли далась вам эта роль? Тем более что в кадрах вместе с людьми присутствуют и братья меньшие.
— Прочитав сценарий, буквально загорелась этой ролью. Настолько все понравилось. Там же продумано каждое слово, каждый эпизод. Не возникло даже мысли что-то поменять или добавить от себя. А то обстоятельство, что с нами в кадре работали и животные, очень дисциплинировало съемочную группу. Конечно, были на площадке и серьезные моменты, и курьезные. В финале фильма, если вы помните, Нюрка совершала прыжок, и в этом прыжке ее застрелили. Перед оператором была поставлена задача: снять животное снизу, с земли, чтобы сцена получилась эффектной и одновременно трагичной. Но собака-девочка никак не хотела выполнять команду так, как это нужно было режиссеру. Тогда привели еще одного ризеншнауцера, но уже мальчика. Сцену сняли, но… По сценарию-то у нас девочка, а тут невооруженным глазом было видно, что прыгал мальчик. В общем, нашему гримеру пришлось очень постараться, чтобы «заретушировать» все «ненужное».
— Есть Елена Яковлева, а есть Алена Яковлева. Вас не путают зрители и журналисты?
— Да пока не было случаев. Мы с Аленой даже снялись в одной картине — «Любовь нежданная нагрянет». Лента о судьбе двух женщин, выходящих на пенсию. Такой мини-сериал. И когда на съемках люди видели нас обеих, то не скрывали своего интереса: две Яковлевых в одном фильме.
— Вы пробовали себя в роли телеведущей. Вели несколько программ на канале «Россия». Но сейчас вас не видно в телеэфире «разговорного жанра». Почему?
— Я согласилась поработать на ТВ из чистого любопытства. Попробовала — получилось. Но поскольку этому делу надо посвящать себя полностью, а значит, жертвовать сценой и съемочной площадкой, то с телевидением пришлось «завязать».
— В дополнение к телевизионной теме… «Каменская» получит продолжение?
— Пока не могу ничего определенного сказать. Марина Анатольевна (она же писатель Александра Маринина. — Д. С.) выпустила новые книги, где моя героиня предстает несколько в ином качестве. Ушла с Петровки, 38, вышла на пенсию, а дома сидеть не хочет, частное сыскное агентство открывает. Но памятуя о том, как снимались последние серии, когда буквально высасывалась из пальца драматургия, мне бы не хотелось повторяться. Если действительно будет оригинальный сценарий, то, возможно, я и соглашусь.
— Вы пробовались на роль жены комдива Котова в «Утомленных солнцем». Но в итоге Михалков утвердил Ингеборгу Дапкунайте. Нет ли у вас обиды на Никиту Сергеевича, на Ингеборгу? Ведь творческие амбиции и конкуренцию в актерской среде пока никто не отменял.
— Мы с Ингеборгой абсолютно разные. Ну захотелось режиссеру, чтобы Маруся говорила с прибалтийским акцентом… Это его фильм, его право. Еще неизвестно, как бы сложилась моя актерская судьба после этого фильма, учитывая его множественные «продолжения».
— Не могу не спросить о вашей самой звездной роли. Нет, не про саму «Интердевочку» и съемках в картине. А если предположить, что ваша Таня Зайцева не разбилась по дороге в стокгольмский аэропорт, а осталась жива… Чем не завязка для «Интердевочки-2»? Появись достойный сценарий, вы бы согласились сняться в продолжении?
— Мы с Петром Ефимовичем Тодоровским много раз пробовали сочинить такое продолжение. Доходило до абсурда. Один из вариантов сценария, к примеру, предполагал отъезд к тому японцу, к которому, если вы помните, моя героиня обратилась за деньгами. В итоге все равно ничего не выходило. А сейчас, без Петра Ефимовича, это тем более невозможно. Его внутренняя культура, чувство меры и такта сделали так, что получилась картина, которую смотрят уже 26 лет.
— У вас муж — актер, сын — режиссер. Мы увидим когда-нибудь семейно-творческое трио? Не важно, в кадре или на театральных подмостках.
— Ой, не знаю. Время идет так быстро, а за работой вообще пролетает незаметно. Хочется просто пожить. Для себя, для семьи.
— Фильмы с вашим участием не раз становились лауреатами различных премий. Один только «Анкор, еще Анкор!» завоевал семь наград, включая «Нику» и главный приз «Кинотавра». Это не считая ваших персональных титулов. А какую награду вы считаете лучшей или главной?
— Я тут не буду оригинальной. Награды сами по себе — вещь, конечно, приятная. Но даже наличие титулов и премий не гарантирует зрительскую любовь. Подчеркиваю, не любовь к конкретным персонажам и сыгранным ролям, а именно отношение к артисту в жизни. Это ведь очень просто проверяется. На улице, в магазине люди просто улыбаются, здороваются, говорят «спасибо». И тогда ты понимаешь, что работаешь не зря.
* * *
С нашей страной актрису связывают давние творческие отношения. Об этом Елена Алексеевна рассказала бобруйчанам. Ее первая творческая встреча со зрителями прошла в Минске в середине 80-х, сразу после выхода фильма «Плюмбум, или Опасная игра». А несколько лет назад актриса фактически жила в Беларуси: съемки «Каменской» проходили по большей части у нас.
Творческий вечер носил название «Откровенный разговор». Это не стало преувеличением. Столь увлеченно рассказывала Елена о своем детстве в семье военного, о первых кинопробах, о работе в «Современнике», что бобруйские зрители, известные своим тактом, даже не рисковали тревожить актрису записками. И лишь когда она сама попросила «активизироваться», небольшая корзинка на сцене стала постепенно заполняться. Актрису просили вспомнить самые яркие моменты съемок, рассказать о работах в театре, поделиться переживаниями о несыгранных ролях.
— Вы знаете, все роли, о которых я когда-то мечтала, мне посчастливилось сыграть. Прежде всего, конечно, это Элиза Дуллитл в «Пигмалионе» и Мария Стюарт у Шиллера.
Эту давнюю дилемму, «что важнее для актера — экран или сцена», Яковлева для себя, похоже, давно решила. И выбрала сцену. Актриса полна идей и замыслов, она готова еще долгие и долгие годы выходить под свет театральных софитов. В силу формата творческой встречи бобруйчанам не удалось воочию оценить актерский талант Елены, но мы это можем легко сделать, будучи в Москве. Каждого бобруйчанина, кто побывал на «Откровенном разговоре», актриса пообещала провести в зрительный зал столичного театра. Абсолютно бесплатно. Так и сказала: «Встречаемся в Москве. Пароль: «Бобруйск». Что ж, как-нибудь проверим.
Дмитрий СУСЛОВ
Фото Виктора ШЕЙКИНА