Устанешь загибать пальцы, перечисляя воинские части и соединения, дислоцировавшиеся в нашем городе в советское время. Но Бобруйский гарнизон — это не только крепость, Киселевичи и авиагородок.

В городских предместьях когда-то тоже кипела армейская жизнь. Со всех сторон Бобруйск был окружен частями, каждая из которых имела стратегическое значение. Обча, Казаково, Дубовка… В череде названий, со временем ставших просто точками на географической карте, почти затерялось еще одно знаковое место — Думановщина. Здесь, в тени дубов и сосен, на протяжении 40 лет дислоцировалась в/ч 4587, она же — база хранения техники и вооружения.

«Коммерческий курьер» пообщался с последним коман­диром подразделения полковником в отставке Алексеем Николаевичем ЛИТВИНЫМ.

«Воздушная кавалерия»

…Осень 1994 года. Бывалые грибники, охотящиеся в думановщинских лесах, идут на шум строительной техники. Делают несколько шагов и… не верят своим глазам. Там, где недавно стояли казармы и склады, вырыт котлован. Ковш бульдозера сваливает в сырые недра остатки стен. Легко, словно ладошка смахивает крошки со стола. Под гусеницами строительной техники трещит асфальт — это бывший плац, где еще полгода назад солдаты оттачивали умение ходить строем. Так заканчивалась история войсковой части.

А началась она в 1954 году. 1 мая сюда прибыл личный состав артиллерийского полка — одного из множества соединений Бобруйского гарнизона. Высадились артиллеристы не в чисто поле: до войны в этих лесах размещался лагерь «Большевик» — тренировочная база кавалеристов. Со временем это название стало нарицательным, приклеившись не только к войско­вой части, но и ко всей округе.

А. Н. Литвин (80-е годы прошлого века)
А. Н. Литвин (80-е годы прошлого века)

— В наши задачи входила подготовка резерва на случай войны, — рассказывает Алексей Николаевич. — По команде мы должны были убыть на прибалтийский театр боевых действий.

«Мы» — это две зенитно-ракетных бригады и три артиллерийских. 150 офицеров и 250 срочников.

Все — от рядового до полковника — служебное время посвящали поддержанию техники в боеспособном состоянии. А поддерживать было что. На вооружении артиллеристов находилось несколько орудийных установок калибром 57 и 100 миллиметров, 27 пусковых комплексов, в том числе ЗРК «Круг», способных поражать цели на расстоянии 50 километров. Точное количество ракет Алексей Николаевич помнит до сих пор — 216! Сегодня это уже не военная тайна.

— До Балтийского побережья так ни разу и не добрались, а вот в казахские степи выдвигались регулярно. Там, на полигоне у городка Эмба, проходили боевые стрельбы с обязательным участием военных из тогдашнего Краснознаменного Белорусского военного округа. Поражали воздушные и наземные цели.

Город в миниатюре

Это сейчас Белый Берег и окрестные леса — почти пригород Бобруйска. Раньше, пожалуй, только опытные краеведы знали туда пути-дороги. Вернее, всего одну — булыжный тракт до Думановщины, а после — укатанную гравийку до «Большевика».

Для войсковой части это была «дорога жизни». Пользовались ей, впрочем, нечасто. Часть находилась на полном самообеспечении. С «большой земли» — только продовольствие и личный состав.

— На территории были две казармы, столовая, банно-прачечный комбинат. Воду качали три артезианские скважины, — вспоминает Алексей Николаевич.

Не пытайтесь сегодня отыскать хоть какие-то следы пребывания военных. Нет их. Все скрыто под толщей грунта и замаскировано молодым ельником. Хотя постойте-ка! В полукилометре от «Большевика» удача еще благоволит любителям новейшей истории. На берегу Березового озера «разрушения сохранились».

— Легенда гласит, что тут стояла генеральская баня…

— Только если легенда, — улыбается Алексей Николаевич. — В этом месте находился командный пункт и место приема новобранцев.

Дело об украденных гранатах

Новость о расформировании части хоть и стала для Алексея Николаевича не­ожиданной, но вполне укладывалась в канву событий начала 1990‑х. В то время в небытие одна за другой уходили не только небольшие воинские части. Целые поселки и даже городки, разбросанные по Беларуси, становились на мирные рельсы и шли по ним неуверенными шагами. Армия стремительно сокращалась, вражеский вектор менял направление.

— Приказ о расформировании мы получили в конце 1993 года. А уже в феврале 1994‑го приступили к ликвидации подразделения. Все завершить должны были к 1 июля. Так и случилось.

Первым вывезли оружие. 100‑миллиметровые — в Брестскую область (там похожая часть), 57‑й калибр — на склады. Зенитным комплексам «повезло» меньше. Специалистов, способных обслуживать такую технику, почти не осталось. Наверху приняли решение — в утиль!

С расформированием части у Алексея Николаевича связан и один курьезный случай. Хотя тогда, признается А. Н. Литвин, было совсем не до смеха.

— Все снаряды вывозили в Киселевичи и уже там проводили инвентаризацию. При очередной описи недосчитались гранат Ф‑1. Четыре ящика по 20 штук как корова языком… Дело нешуточное. Пахнет трибуналом. Мобилизовали всех, кого только можно, на поиски. Не зря. Все четыре ящика нашлись под сосной, заложенные ветками. Видимо, кто-то припрятал для последующей продажи. Одна граната в то время на черном рынке стоила под 50 долларов. Похитителей тогда так и не нашли.

Беседа с прокурором

На этом злоключения командира не закончились. Осенью 1994‑го к Литвину вновь «пришли». На этот раз с вопросами о состоянии уже закрытого к тому времени объекта.

— Так как часть находилась в лесу и уже осталась без охраны, ее начали стремительно растаскивать. Говоря по-русски, грабить. Поживиться там было чем. Одних только боевых хранилищ — 50. И все это из кирпича, с бетонными перекрытиями. Вот прокуратура и записала меня в главные подозреваемые.

От суда, как это часто бывает, спасла бумажка — акт о передаче объекта на баланс города. На клочке бумаги уместился перечень всех строений и большая печать «принято», заверенная множеством подписей. От тогдашнего председателя Бобруйского горисполкома до министра обороны. А через несколько дней после той беседы с прокурором в лесу заработали бульдозеры и экскаваторы.

А что же личный состав, сослуживцы? По словам Алексея Николаевича, солдаты-срочники продолжили службу в других частях, офицеры же…

— Те, у кого была выслуга 15 и более лет, ушли в запас, молодые остались в строю. Некоторые, как, например, Владимир Орех, начинавший у нас лейтенантом, дослужились до полковников. Кто-то нашел себя на гражданской работе. Например, Валентин Круликовский. Сейчас он руководит допризывной подготовкой в школе №27.

С наступлением осени Алексей Николаевич регулярно наведывается в расположение «своей» воинской части. Леса тут густые, хвойные, а значит — грибные. И с каждой прогулки приносит домой полную корзину. Хотя, как признается собеседник, он так для себя и не решил, что тянет сюда больше — тихая охота или память.

Дмитрий СУСЛОВ
Фото автора и А. ЛИТВИНА

Как секретная воинская часть под Бобруйском ушла под землю
Все, что осталось от командного пункта

Как секретная воинская часть под Бобруйском ушла под землю
Здесь была воинская часть



Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:




Недостаточно прав для комментирования.
Для добавления комментария, пожалуйста войдите/зарегистрируйтесь , и подтвердите свою личность, обратившись в редакцию.

Лента комментариев

Веб-камеры Бобруйска

Бобруйск в объективе

Варианты оплаты за услуги