Каждодневное «работа — дом», вечером проверка школьных уроков у ребенка и просмотр очередной серии бесконечной телесаги с супругой, по выходным — семейный поход в кино или кафе-мороженое, полторы недели на море в отпуск… Нет, семейная жизнь 34‑летнего бобруйчанина в эти привычные каноны не вписывалась никаким боком.

Здесь все было иначе: каждый новый день — как новый сюрприз, новый вызов на бой, новая авантюра или интрига. Но при этом едва ли найдется хоть кто-то, кто позавидовал бы такой жизни. А в конечном счете нюансы семейной жизни мужчины, а заодно его жены и семилетней дочери, стали предметом для разбирательства в суде. Не предметом даже, а целым набором: обвинение бобруйчанину было предъявлено по нескольким статьям Уголовного кодекса.

Долг платежом... не гасится

Сам по себе визит в суд для главы семьи был не в новинку: на скамье подсудимых он успел побывать уже четырежды. Два раза был судим за кражи, однажды — за умышленное причинение легкого телесного повреждения. В четвертый же раз, в 2017 году, суд вынес приговор по делу о хищении путем использования компьютерной техники и угрозе убийством, определив в качестве наказания два с половиной года лишения свободы. Выйдя на свободу, мужчина тут же активно включился в жизнь временно оставленной им семьи.

Списочный состав семьи к тому моменту уменьшился на треть: еще в 2014‑м году муж и жена были лишены родительских прав в отношении дочери (на тот момент девочке было всего полтора года). По этой причине после освобождения из МЛС, в июне 2019 года, для возмещения расходов, затраченных государством на содержание ребенка, мужчина был трудо­устроен грузчиком на комбинат хлебопродуктов. Но синхронизировать собственный рабочий график с тем, что был на предприятии, нашему герою по большому счету не удалось: всего за три месяца — с июля по сентябрь — в табеле напротив его фамилии накопились 22 прогула. Соответственно, выросла и задолженность на содержание дочери — до отметки 387 рублей 70 копеек.

«Зарплата была небольшой, поэтому я не ходил на работу, а искал более денежную подработку», — так пояснил свои действия (в смысле — бездействие) обвиняемый. О том, почему доходы с «более денежной подработки» не направлялись на оплату долга перед страной и ребенком, мужчина предпочел умолчать.

В споре рождается… драка

Вообще — доподлинно неизвестно, был ли потрачен хоть один день прогула на работу, пусть и альтернативную. Зато доподлинно установлено, что часть номинально рабочего, а также личного времени мужчина «выделил» на бурные выяснения отношений с женой. Как правило, дискуссиям предшествовало употребление спиртного — по отдельности либо вместе с супругой.

В выборе методов ведения споров стороны не придерживались общепринятых норм, порой переходя от вербальных форм коммуникации к физическим. Причем градус схваток постепенно нарастал: если в июле муж «ограничивался» лишь побоями (как минимум трижды он избивал супругу руками и ногами, хватал за шею, однажды сломал ей палец), то в сентябре в качестве аргументов в споре уже дважды фигурировал нож и высказанные вслух намерения лишить благоверную жизни…

Обвинения в истязании и причинении телесных повреждений мужчина признал частично, угрозу убийством не признал. Пояснения звучали путано и сбивчиво: мол, все было так, но не совсем. Чего-то просто не помнит, так как в те дни был крепко пьян. Палец сломал «по инерции». А насчет ножа — тогда тоже был пьян, но пили вместе с женой, затем отчего-то рассорились, и нож схватила именно она. Защищаясь, он вырвал опасный предмет у нее из руки, пытался удержать разошедшуюся женщину за шею, и в пылу борьбы она сама напоролась на лезвие, причинив себе резаную рану шеи.

Показания жены не опровергают слова мужа целиком и полностью, а скорее корректируют и дополняют его рассказ. Да, она также не оставалась в долгу — например, как-то раз била его по голове чайником. 22 сентября действительно схватилась за нож — не собираясь пускать его в ход, а просто так, для острастки. Но последнее домашнее побоище, датированное 24 сентября, переросло грань «милые бранятся» по всем параметрам: после того как осатаневший муж стащил женщину за волосы с дивана на пол, нанес ей с десяток ударов ногами, стал душить, а затем схватил со стола нож и недвусмысленно и внятно объяснил, как он сейчас его использует… Тогда-то жене действительно стало не по себе. Вспышка была недолгой — муж бросил нож и выскочил из комнаты, а женщина тут же просигналила в милицию…

Покупатель не всегда прав

Тем не менее, уже спустя неделю, 30 сентября, примирившаяся пара как ни в чем не бывало вышла на вечернюю прогулку в центр города. По дороге муж заглянул в магазин «Домашний» на Социалке. Там незаметно стянул со стеллажа четыре банки консервов, спрятал их под одежду и направился было к выходу. Но оказалось, что «экспроприация» не ускользнула от внимания продавца. Женщина стала на пути «недопокупателя» и потребовала оплатить или вернуть товар. Возврат либо оплата в планы мужчины явно не входили: он оттолкнул продавца в сторону и выбежал на улицу.

Далее — эта история в изложении жены: «Муж зашел в магазин, я осталась ждать его на улице. В какой-то момент увидела, как он выбежал из магазина и побежал к остановке общественного транспорта. Из магазина выбежала продавец и криком просила остановиться, но о том, что она кричала моему мужу, я в тот момент не подумала. Я пошла к остановке, вместе с мужем мы сели в троллейбус, там он передал мне рыбные консервы. Во время движения троллейбус остановился, в него вошли сотрудники милиции и вывели из него мужа. […] Я пошла к знакомой и продала ей консервы за два рубля».

— Такой образ жизни, причем на протяжении долгого времени, просто обязан был привести в суд, а затем и в исправительное учреждение, — комментирует заместитель председателя суда Бобруйского района и г. Бобруйска по уголовным делам Артур Анатольевич Красутский. — Отмечу, что в части домашнего насилия дело здесь едва не завершилось трагедией.

«Признан виновным в истязании, умышленном причинении менее тяжкого телесного повреждения, угрозе убийством, уклонении от возмещения расходов, затраченных государством на содержание детей, находящихся на государственном обеспечении, открытом похищении имущества, соединенном с насилием, не опасным для жизни и здоровья потерпевшего» — таков был вердикт суда. Приговор — два года шесть месяцев лишения свободы. Он уже вступил в законную силу.

Андрей ЧИЖИК



Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:




Недостаточно прав для комментирования.
Для добавления комментария, пожалуйста войдите/зарегистрируйтесь , и подтвердите свою личность, обратившись в редакцию.

Веб-камеры Бобруйска

Бобруйск в объективе

Варианты оплаты за услуги