«Недавно видел, как на перекрестке улиц Октябрьской и Карла Либкнехта был срезан «под корень» таксофон. Разъясните, пожалуйста, это просто частный случай или тенденция? Ведь сейчас, с учетом всеобщей «мобилизации», необходимость разветвленной сети таксофонов, возможно, существенно снизилась.
Александр ТКАЧЕНКО»
Вопрос, заданный нашим читателем, мы адресовали начальнику Бобруйского узла электросвязи Могилевского филиала РУП «Белтелеком» А. М. БОБЦОВУ.
— Таксофоны были, есть и будут, это однозначно, — уверен Александр Михайлович. — Их востребованность не только не стала меньше, но наоборот, выросла в последние годы. Так что избавляться от них или даже существенно сокращать их количество нет смысла. Теперь насчет конкретного примера, приведенного вашим читателем. Подобная работа проводится нами постоянно. Отправной точкой здесь служит рентабельность отдельно взятого таксофона. Если с него производится мало звонков, то логичнее таксофон демонтировать и установить в другом месте, где он будет более необходим (следует отметить, что это не касается таксофонов, установленных, например, в больницах, на вокзалах и т. п.). Так и произошло в данном случае.
Согласно существующему в нашей стране социальному стандарту на тысячу человек должен приходиться один таксофон. В Бобруйске этот стандарт превышен в полтора раза — сейчас в городе установлено около 330 таксофонов. Ныне это уже не привычный с советских времен «двухкопеечник», а многофункциональный аппарат, способный соединить вас с абонентом в любой точке страны и мира (причем он согласится сделать это как за ваш счет, так и за оплату, востребованную с адресата на другом конце провода — посредством вашего звонка через номер 811), а также принять входящий на собственный номер, обозначенный на табличке, прикрепленной к лицевой панели. На пенсию такому трудяге и новатору явно рановато.
Андрей ЧИЖИК